Jan. 24th, 2017

elena_2004: (Default)
Основатель дома-музея Федор Михеев — мастер с золотыми руками, неутомимый весельчак и интересный собеседник. С детства он «жил» в рыцарском зале Эрмитажа и Артиллерийского музея, увлекался средневековыми сюжетами, в особенности произведениями сэра Вальтера Скотта.
В середине 1990-х годов Федор создал несколько военно-исторических клубов: «Княжий Гуф», «Регимент Януша Радзивилла» и «18-й пехотный полк ВКЛ». Эти клубы во главе с Федором представляли нашу страну на многих международных исторических фестивалях, на которых происходили реконструкции сражений (например, на Грюнвальдской битве, TerraHeroika, битве на реке Березина, Бородинском сражении, Ostroleka). Кроме того, Федора можно увидеть в кино: он снимался в фильмах «Ночной дозор» и «Дневной дозор» (роль второго плана на стороне светлых сил), «1612: Хроники смутного времени», «Уланская баллада» и многих других. С его участием были сняты музыкальные клипы групп «Ария», «Стары Ольса» и «Брутто».
Следующим шагом стало создание музея «Шляхецкая брама». В конце 1990-х годов Федор купил обычный деревянный дом и переделал его в настоящую шляхетскую усадьбу, которая пользуется большой популярностью у любителей истории и активного отдыха на природе.
Раньше здесь был край контрабандистов. Вот как об этом писал Сергей Песецкий — шпион трех разведок и номинант на Нобелевскую премию по литературе: «Когда вечером, в глухую осеннюю ночь, откинуть на длинном отрезке границы пелену мрака, мы бы увидели партии контрабанды, которые тянутся до границы …». Вся жизнь тут крутилась вокруг контрабанды: из Минска тянули золото и драгоценности, из Польши волокли хозяйственные мелочи, мыло и другой дефицит.

Читать полностью: https://news.tut.by/culture/528352.html
elena_2004: (Condor)
Статья 1947 года из "Львова и Вильны" (№21, 20 апреля). Албанский друг, о котором идет речь в очерке -- несомненно русский белый офицер-кавказец из Дикой дивизии, из числа тех, которые под началом полковника Кучука Улагая составляли охрану короля Албании, а после оккупации Албании Италией почти в полном составе перешли на службу к итальянцам.

Преступник военного времени

Рим в апреле.

Минувшая война выносит на поверхность, с одной стороны, вещи преступные, с другой стороны, — героические. Иногда, для снятия напряжения, какой-нибудь забавный эпизод. Об одном только забывают сразу, и почти полностью, что война эта была, прежде всего, — очень любопытной. Но удовлетворение любопытства неизбежно связано с познанием правды, и именно это в сегодняшней послевоенной афере труднее всего. На данный момент все более навязывается сакраментальная формула, согласно которой проповедь Его Высокопреосвященства всегда должна быть "возвышенной", а усмешка преступника, всегда должна быть "циничной". Черти ведают, как долго еще эта формула будет сохранять законную силу, но пока ничто не указывает на ее отмену. У политики для этого есть свои резоны. Наоборот, литература терпит огромный урон. Делается банальной, становится скучной, упрощается до такой степени, что становится контурной картинкой для детей, становится плоской. И именно в этом больше всего уходит от жизни, так как известно, что все вещи являются не плоскими, а выпуклыми.

К примеру, можно сочувствовать Сергею Пясецкому, который в своей трилогии о ворах ("Яблочко" и т. д. Institut Ed. — Рим) представил мир уголовных преступников в односторонне идеализированном свете, не оставляя ему ни одной черной нитки. Однако может так случиться, что и среди воров, может оказаться человек, с определенной... как бы это сказать? Эта односторонность обескураживает. А жаль, потому что тема-то по-прежнему прелюбопытная. Точно так же мне кажется, что одна из самых интересных тем послевоенной литературы, может быть, — тема военных преступников.

Read more... )

Я видел Германию снесенную под ноль. Дома, улицы, кварталы, города, замки, церкви, все. Но мне кажется, что таких руин я еще не видел.

Мы заказываем им пиццу по-неаполитански с сельдью; запивают плохим белым вином и разговор обрывается, потому что их щеки набиты едой... Все вместе взятое мучительно. На мгновение я закрываю глаза, и теперь точно знаю, что где-то и когда-то я уже видел таких людей, при таких же обстоятельствах. Где? Там, в моем садике в лесу, когда пришел председатель еврейского союза работников металлургии: "Чтобы только поболтать." Я копал тогда грядку в огороде, и он так же чесался от грязи и все время оглядывался, как затравленный волк. И еще все время смотрел на окно кухни. Когда жена вдруг позвала: "Может быть, вы хотите картошки?" — оборвал разговор на полуслове и побежал — Почти то же самое теперь, за столом, покрытым грязным экземпляром коммунистической "Унита"..

_____

— И как странно, что они бегут именно в Палестину, — сказал я своему другу, албанскому "военному преступнику". — Как же все это странно переплетается, не думаете?

— Да. — ответил албанец. — И поскольку он был набожным мусульманином, он добавил, цитируя стих из Корана: — Только Аллах указывает на прямой путь. [Коран, 16:9]

... JM ...

elena_2004: (Default)
http://litresp.ru/chitat/ru/Л/lichagina-tatjyana/lyubovnik-boljshoj-medvedici-iz-rakova
Черпая факты из биографии этого супершпиона, белорусские кинематогра­фисты могли бы создать свою отечественную Бондиану. Ведь этот человек работал сразу на три разведки, а как писатель номинировался на Нобелевскую премию!Однако сведений о нем нет ни в литературных энциклопедиях, ни в справоч­никах, и ни в учебниках. Такое стремление предать забвению писателя, ока­завшего значительное влияние на литературную и окололитературную жизнь довоенной Польши, а затем игравшего заметную роль в послевоенной польской эмигрантской литературе и крайне популярного на Западе, не случайно: его творчество из-за последовательной антибольшевистской позиции автора не приветствовалось и сознательно замалчивалось и в коммунистической Поль­ше, и в СССР.

Сергей Михайлович Пясецкий родился 1 июня 1899 года в городе Ляховичи под Барановичами и был внебрачным сыном православного дворянина, начальника мин­ской почты и большого любителя женского пола Михаила Пясецкого и его служанки Клавдии Кукалович.Может, так бы и прожил он жизнь обычную и неприметную, но что-то произошло в небесных сферах и выпала незаконнорожденному отроку Сергею судьба поистине удивительная.

Read more... )
elena_2004: (Default)
Именно в тюрьме Пясецкий начал заниматься литературным творчеством. Воз­можно, первым импульсом, подтолкнувшим его к литературной работе, оказалось письмо отца, присланное ему в тюрьму. В нем Михаил Пясецкий дал Сергею следую­щий совет: «Просматривая разные твои заметки и бумаги, я убедился, что у тебя есть литературные способности. Попробуй писать о людях с оригинальными характерами, необычайных приключениях».
Отцовский совет припомнился Сергею через несколько лет после его смерти (отец умер в Минске в 1928 году). Читая тюремную Библию, он начинает настойчиво изу­чать польский литературный язык. Характерно, что к польскому языку писатель, по его признанию, «перешел с очень богатого русского языка, который знал в совершен­стве из жизни». «До двадцати лет, - утверждал он, - я вообще по-польски никогда ни с кем не общался и начал постигать польский язык самостоятельно и без научной базы в 35 лет, только тогда, когда возникла необходимость писать на этом языке книги».
В марте 1934 года Пясецкому случайно попал в руки обрывок газеты с информа­цией о литературном конкурсе. Узник обращается к тюремному начальству с прось­бой разрешить ему писать роман и, получив, в конце концов, разрешение, начинает записывать свои воспоминания. В одном из интервью Пясецкий рассказывал: «Когда я уже совсем потерял надежду на то, что смогу выйти когда-нибудь на свободу, не­ожиданно пришло непреодолимое желание писать. Оно родилось из моих рассказов друзьям по несчастью о прожитых годах. Мои коллеги подбадривали меня, говорили, что рассказы мои интересные, даже захватывающие. И я начал писать... Получалось даже лучше, чем я мог предположить... Оказалось, мне было легче писать, чем рас­сказывать... В общей камере, в сырости, в полумраке. Но хуже всего было отсутствие бумаги. На одном листке я писал столько, сколько потом помещалось на шестнадцати печатных страницах... Меня охватило настоящее безумство творчества. Я писал, что­бы жить. Писал, чтобы не сойти с ума».

Read more... )
elena_2004: (Default)
http://www.stopinfin.ru/archive/73/870/
«Я этому парню верю, так не врут», – сказал Р. Киплинг, прочитав в переводе автобиографическую повесть Юрия Бессонова «Двадцать шесть тюрем и побег с Соловков».
Киплинг – единственный, кто поддержал Ю. Бессонова в тот момент, когда Л. Фейхтвангер, Р. Роллан и А. Франс заявляли, что «Побег…» – клевета на молодое советское государство. Памятная поездка А.М. Горького на Соловки была организована с целью замять международный скандал, а книга Бессонова исчезла из многих библиотек…
Сын генерала царской армии Юрий Дмитриевич Бессонов родился в Петербурге в 1891 году. По окончании гимназии был отправлен во Францию на так называемое «стандартное» двухлетнее обучение, принятое в семье. В Париже посещал художественную студию, а вернувшись, закончил Кадетский корпус в 1908 году и Николаевское кавалерийское училище в 1910-м.
После революции примкнул к корниловцам и участвовал в походе на Петроград. В 1918 году был арестован. Свое первое заключение отбывал на станции Плесецкая, откуда ему удалось бежать на Северный фронт, в войска под командованием генерала Миллера.После поражения армии Миллера в 1920-м Бессонов пытался бежать в Финляндию, но вместе с другими белыми офицерами был схвачен и доставлен в петрозаводскую тюрьму. После амнистии – новые аресты, новые сроки и амнистии… За сравнительно небольшой период бывший капитан драгунского полка побывал в 25 советских тюрьмах и лагерях. И вот – последний арест, обвинение в контрреволюционной деятельности и отправка в соловецкий лагерь.
Read more... )
Из Финляндии в 1926 году Юрий Бессонов перебрался во Францию. Умер в конце 1950-х годов. Похоронен под Парижем, на русском кладбище Сан-Женевьев де Буа.
Бывший офицер царской, а впоследствии добровольческой армии Созерко Мальсагов на допросе в Куусамо рассказал о себе немного. Родился в 1893 году во Владикавказе, закончил Кадетский корпус в Воронеже, а затем Александровское военное училище. Служил на Кавказе.В армии генерала Корнилова во время похода на Петроград командовал эскадроном, а в армии генерала Деникина был командиром Первого Ингушского кавалерийского полка. Арестовали С. Мальсагова в 1922 году. В январе 1924-го он был отправлен в Соловецкий лагерь. По свидетельству финского лейтенанта, первое, что собирался сделать Мальсагов, обретя свободу, – навестить в Париже своего дядю, бывшего русского генерала. Однако, пробыв в Финляндии более двух лет, С. Мальсагов уехал в Польшу.
В 1939 году во время кровопролитных боев с немцами попал в плен и снова был заключен в лагерь, на этот раз в Германии. Из фашистского концлагеря ему удалось бежать – побег с Соловков научил его многому! Во Франции Созерко участвовал в Сопротивлении, а после окончания войны обосновался в Англии. Его перу принадлежит вышедший в 1926 году документальный очерк «Адский остров» – книга о Соловках и о побеге в Финляндию. Умер С. Мальсагов в 1976 году.
Коммерсант Эдвард Мальбродский и сын настоятеля церковного прихода Матвей Сазонов, являясь гражданами Польши, выехали из Финляндии на родину, а вот судьба кубанского казака, уроженца станицы Староминской, Василия Приблудина, даже не подозревавшего, что ему придется участвовать в побеге, до сих пор не известна.
elena_2004: (Default)
Оригинал взят у [livejournal.com profile] amsmolich в «Изолятор сиф иль штраф охлаждают пылкий нрав»
В мае 1925 года, разоружив конвоиров, бежал из Кемперпункта (Попов остров, сейчас Рабочеостровск) офицер Русской армии С.А. Мальсагов. Вместе с ним бежали в Финляндию его однополчанин Ю.Д. Бессонов и еще двое заключенных. В 1928 году Ю.Д. Бессонов опубликовал в Париже воспоминания «Двадцать шесть тюрем и побег с Соловков». С.А. Мальсагов опубликовал свои воспоминания раньше – сначала зимой 1926 года в рижской газете «Сегодня» напечатали его статью «Соловки – остров пыток и смерти», потом в том же году была издана его книга «Адский остров».
М.М. Розанов (был на острове в 1931-1932 гг.) в обзоре воспоминаний соловчан соловчанами «Соловецкий концлагерь в монастыре. 1922–1939. Факты — домыслы — «параши» о воспоминаниях Мальсагова и Бессонова написал: «От Бессонова дальше приводятся выписки из тридцати страниц о его двухмесячных переживаниях на пересылке, суммированных им в удивительно для тех дней трезвых, объективных и глубоких мыслях о лагерной системе и большевизме. Мальсагов же заполнил почти всю книгу передачей слышанных им былей и небылиц о Соловках 1922–1925 годов. Сам он острова не видел, но в Кемской пересылке пробыл с января 1924 года по день побега и о ней его рассказ более достоверен. Все же и его книга, первая о Соловецком концлагере на английском языке, как, очевидно, и материалы к ней, печатавшиеся в рижской газете под заголовком «Остров пыток и крови», вызвал большой отклик заграницы и даже Лубянки.
«ГПУ — как пишет другой автор Зайцев прислало выдержки из книги начальнику Соловков Эйхмансу, приказав, чтобы сами заключенные в своей газете опровергли их. Действительно, были неточности, но зато у Мальсагова отсутствовали факты самых зверских злодеяний».Выполняя приказ начальника лагеря Эйхманса в концлагерной газете «Новые Соловки» (1926, №13) была опубликована передовица, а также статья, опровергающая «ложь» Мальсагова:

Read more... )

Profile

elena_2004: (Default)
elena_2004

April 2017

S M T W T F S
      1
23 45678
9101112131415
16171819202122
23242526272829
30      

Most Popular Tags

Style Credit

Expand Cut Tags

No cut tags
Page generated Jul. 22nd, 2017 08:41 am
Powered by Dreamwidth Studios